Гениальный гандболист Талант Дуйшебаев давно сменил гражданство, но до сих пор говорит «мы» про Россию. И предателем себя не считает.

На Олимпиаду в Барселоне мужская сборная СНГ по гандболу ехала в статусе тёмной лошадки. За день до подачи официальной заявки отказались играть на турнире лидеры – Андрей Тюменцев, Юрий Нестеров и Вячеслав Атавин. Но команда сумела пережить эти потери и, несмотря ни на что, выиграла золотые медали. О том, что происходило до Олимпиады и непосредственно на ней, вспоминает капитан сборной СНГ, один из лучших гандболистов в мировой истории Талант Дуйшебаев.

«Тренеры наступили на горло собственному «я»

— Как собирался чемпионский состав? Особенно с учётом того, что неожиданно отказались играть лидеры.
— Тут надо сказать спасибо тренерам Спартаку Мироновичу и Владимиру Максимову, которые доверили место в составе молодым. Они сумели объединить команду одной задачей, у всех было только одно желание – работать и доказывать свою состоятельность. Именно тренеры внушили нам уверенность в том, что мы сможем добиться отличного результата. У многих не было опыта выступлений на крупнейших турнирах, некоторые пришли из «молодёжки».

— Как такие «медведи», как Миронович и Максимов, уживались в одной берлоге?
— Тогда у них был отличный тандем, они друг друга прекрасно дополняли. Тренеры из себя выжимали максимум и смогли добиться того же от игроков. За короткий срок они создали боевую и очень компетентную команду. Спартак Петрович и Владимир Салманович тогда ради общей цели наступили на горло собственному «я». Только такая работа могла компенсировать потерю лидеров. Это был шанс показать всему миру, что наш гандбол, несмотря на развал страны, остался на высочайшем уровне. Молодые ребята, которые были не особенно известны гандбольному миру, выстрелили и стали великими игроками.

— Проблем с подготовкой не было?
— Нет. Госкомспорт и федерация сделали всё, чтобы мы ни в чём не знали нужды. Нам выделяли средства на сборы, на турниры. Мы тренировались и в Новогорске, и в Стайках, и в Алуште. Перед Олимпиадой пару раз во Франции играли. Принимали участие в Швеции на Кубке мира. Но было тяжело смотреть на то, что происходит вокруг. Развал СССР оставлял свой отпечаток, от этого сложно было абстрагироваться. Но спорту это не мешало. В команде все между собой отлично ладили. Тогда для нас ещё не было понятия, что мы уже представляем разные страны.

— На Олимпиаде вы были капитаном сборной. Вас назначили или выбрали?
— Это произошло ещё в 1990-м. Тогда меня единогласно выбрали голосованием, и с тех пор я капитанил.

— Тяжело в 22-23 года нести такую нагрузку, когда рядом на площадке настоящие «зубры»?
— Не особо. Дело в том, что разыгрывающий – самый близкий по позиции игрок к тренерам, который может быстро передать их указания. Ну и это амплуа позволяло мне легко вести диалоги с другими игроками.

— Часто приходилось «пихать» партнёрам?
— Если вы имеете в виду Олимпиаду, то в Барселоне все рвались играть. Были совсем мелкие конфликтные ситуации, когда необходимо было вмешаться и погасить эмоции. Но всё воспринималось как надо.

— Что именно больше всего запомнилось в Барселоне?
— Запомнилось всё. Впечатление было двоякое. Когда нам вручали золотые медали, было очень трудно. Как говорится, «я рождён в Советском Союзе, вырос я в СССР». Что мы там слушали на награждении? Олимпийский гимн? Мы относимся к нему с уважением, но когда ты выступаешь на таких соревнованиях, хочется быть идентифицированным со своей страной. Лично я стоял и думал в тот момент: «Кто я? Откуда я?» Мы были счастливы своей победе, но все чувствовали неопределённость. Именно тогда и пришло понимание, что вместе играть мы больше никогда не будем. Это даже превалировало над победой.

Талант Дуйшебаев

Талант Дуйшебаев

«Я подумал, что так будет лучше для семьи. И принял испанское гражданство»

— Когда вам поступило предложение сменить спортивное гражданство?
— Переехать в Испанию мне предлагали ещё во время СССР, когда я играл за ЦСКА. И о спортивном гражданстве речь не раз заходила. Но одно делать играть в другой стране, и совсем другое – выступать за другую страну. Я окончательно принял это решение, когда поиграл в Испании, куда переехал сразу после окончания Игр-1992. Мучили сомнения, ведь я в душе был, есть и буду жителем Советского Союза. Многие люди меня могут понять, особенно те, у кого был маленький ребёнок в тот период первой половины 1990-х. И когда ко мне уже в Испании подошли с предложением сменить гражданство, я согласился.

— Испанцы получили лучшего на тот момент игрока мира.
— Они давно за меня боролись и всегда выказывали огромное желание, чтобы я играл за них. В спортивном плане лучшим решением было бы играть в Испании, но выступать за сборную России. Но, с другой стороны, как молодой отец, как глава семьи я хотел чувствовать себя спокойно. Того кошмара, что творился в России в тот период, я избежал. Но я отдал своей стране всё, что мог.

— И вернуться не хотели?
— Ко мне всегда в России относились с уважением, я горжусь тем, что играл за Россию. Что касается тренерства, то после развала СССР в стране оставался только один клуб, ставивший амбициозные задачи. Но у него уже был тренер — Владимир Максимов. Искать кого-то другого в такой ситуации им не было нужды. А идти в другой клуб, который даже в еврокубках не играет… В сборной России тоже был Максимов, который руководил командой по сути бессменно до 2013 года. Конкурировать с человеком, принёсшим российскому гандболу немало побед, было невозможно.

— А после Максимова? Неужели к вам не подходили с предложением возглавить сборную России?
— Был один подход. Мне звонили, предлагали подумать над этим вариантом. Я не отказывался, но исполком федерации решил иначе. Никаких проблем. Я считаю, что у российской сборной и после Максимова были квалифицированные тренеры. И Олег Кулешов, и Дмитрий Торгованов, и вот сейчас Эдуард Кокшаров. Но не вина Кулешова и Торгованова в том, что они не добились результатов. Когда всё плохо, начиная с детских спортивных школ, с того базиса, на котором всё строится, у главной команды не может быть всё хорошо.

Талант Дуйшебаев

Талант Дуйшебаев

— Вы бы рассмотрели конкретное предложение, если бы оно последовало?
— Конечно! Но сказал бы сразу: не может быть такого, что придёт Кокшаров или Дуйшебаев, и сборная сразу заиграет. На один турнир, допустим, я могу что-то придумать. Позову всех ветеранов, подготовлю как надо, обману всех. Но тут надо всю систему перерабатывать снизу доверху, реструктуризацию всего российского гандбола делать, пересмотреть систему обучения игры в гандбол. Тогда это даст возможность в будущем рассчитывать выстроить команду-династию, команду, которая сможет долгие годы быть на вершине.

— В сборной России сейчас происходит смена поколений. Вы делаете то же самое в сборной Польши. Это сложный процесс?
— Очень. Но необходимый. Я повторю: можно хорошо сыграть один турнир, но это не решит проблем. Нам в России нужны радикальные изменения. Надо провести чёткую линию, обозначить цели – что мы хотим, разработать стратегию того, как этого добиться. Если ко мне придут и скажут, что надо сделать сборную России чемпионом мира, откажусь сразу. Необходимо вернуть команду на ведущие роли в мире – я не говорю о медалях на крупнейших турнирах, а о местах в шестёрке-восьмёрке лучших. Но стабильно. Только потом можно мечтать о чём-то большем. Один человек этого сделать не сможет.

Талант Дуйшебаев с семьёй

Талант Дуйшебаев с семьёй

«В матче России и Испании болел за сына»

— У вас была длинная и успешная карьера. А какой её момент вы считаете самым ярким?
— Конечно, Игры в Барселоне. Для меня это была первая Олимпиада и сразу золотая медаль. Каждый из нас, кто играл тогда в команде, после завершения турнира стал чувствовать себя увереннее во много раз.

— Когда приятнее побеждать — тренером или игроком?
— Комфортнее чувствуешь себя как игрок. Но большую гордость ощущаешь, когда добиваешься побед как тренер. Ты несёшь ответственность за многих людей. Вообще, каждая победа неповторима и прекрасна.

— Сколько времени нужно, чтобы сборная России вернулась на лидирующие позиции?
— Я бы ставил задачу быть участником Олимпиады в Токио, но смотреть нужно гораздо дальше. Чтобы в 2028 году в Лос-Анджелесе сборная России была серьёзным претендентом на медали. Это конкретная цель, а в 2024-м можно помечтать о восьмёрке. Чтобы какие-то успехи пришли раньше, нужно поколение Тучкиных и Кудиновых. К сожалению, такого поколения у нас сейчас нет.

— Вы судите по молодёжному чемпионату мира, который недавно завершился?
— Именно. Это те ребята, которые должны тащить сборную в 2020-м и дальше, вплоть до 2028-го. Если делать ставку на этот состав, то это ошибка. С каждого возраста нужно по 2-3 игрока вытаскивать, работать с ними отдельно, проводить сборы, давать им игровое время в клубах, отпускать за границу, чтобы они в Лиге чемпионов играли. В 1988 году на Олимпиаде в Сеуле чемпионами стали сразу два игрока, которые за год до этого чемпионат мира среди молодёжи выиграли. А в 1992-м в команде было уже 7-8 таких игроков. Не бывает так, что на молодёжном уровне команда не играет, а потом «выстрелит» на взрослом.

— На молодёжном чемпионате мира между собой играли сборные России и Испании. В составе испанской команды выступал ваш сын Даниэль. За кого болели?
— Не буду врать. Конечно, болел за сына и Испанию. Я рад за российскую сборную, что впервые за долгое время команда пробилась в восьмёрку сильнейших, но сын – это сын.

— Признайтесь, не ожидали, что испанская команда и Даниэль возьмут золото?
— Не ожидал. Моими фаворитами были сборные Франции и Германии. Для Испании было бы здорово и в полуфинал попасть, а золотые медали – прекрасно. Игра сына мне не понравилась, он не смог набрать форму к турниру. Правда, у него были проблемы с коленом, до чемпионата мира он две недели не тренировался. И тем не менее он мог играть лучше, что и показал в двух решающих стадиях. Но в любом случае победителей не судят.

Талант Дуйшебаев

Талант Дуйшебаев

«Попытался помириться с Максимовым. Но столкнулись два айсберга»

— Вы очень тепло отзываетесь о Владимире Максимове, который назвал вас предателем после принятия испанского гражданства.
— А я с ним и не ругался никогда. Раз он так считает, это его право. Каждый свой жизненный путь сам выбирает. Я благодарен ему за всё, что он сделал для меня как игрока. Именно он воспитал того Таланта Дуйшебаева, которого знают в гандбольном мире. Просто в один момент он больше не захотел со мной общаться.

— И вы не общаетесь?
— В лифте, коридоре или на площадке увидимся – поздороваемся. Последний раз мы виделись, когда я руководил мадридским «Атлетико» и мы играли в одной группе Лиги чемпионов с «Чеховскими медведями». Поприветствовали друг друга, как с любым другим тренером, и всё.

— Не было желания как-то восстановить отношения, посидеть за бокалом вина?
— Было, конечно. Я же младше и должен был сделать первый шаг. И попытался его сделать, но не вышло. Как говорится, столкнулись два айсберга и каждый пошёл дальше своей дорогой. Я прекрасно знаю его характер, он – мой. Желаю ему здоровья и всяческих успехов. А дальше жизнь покажет.

— Раз уж про вино спросил. Ваши отношения с испанским вином?
— Отличные! Культура к вину уже привилась. Могу сказать, что неплохо разбираюсь в этом. Я даже на курсы сомелье ходил, чтобы научиться все запахи и вкусы ощущать. Но сам я никогда не пытался сделать собственное вино. Чтобы делать что-то хорошо, нужно посвятить этому всё время. А делать что-то посредственно я не хочу.

— Где вы себя наиболее комфортно чувствуете?
— Я – человек мира. Одинаково хорошо чувствую себя везде – и в Испании, и в Польше, и в России, и на Украине, и в Киргизии. У меня везде есть друзья. А с точки зрения тренера для меня вообще нет разницы. Были бы хорошие условия для работы и возможности для решения серьёзных задач.

— Вы никогда не задумывались о жизни вне гандбола?
— В Испании несколько раз мне предлагали серьёзно заняться политикой, но, к счастью, я люблю гандбол, а моя жизнь – площадка.

Источник