«За маской Тутберидзе — буря»: хореограф о проблемах Трусовой и уходе Медведевой

Хореограф группы Этери Тутберидзе Алексей Железняков в большом интервью рассказал о том, как начал сотрудничать с еще никому не известной наставницей 12 лет назад, что она скрывает за маской железной леди и как реально устроена работа в группе. Также специалист пожалел об уходе Евгении Медведевой и раскрыл немало интересного о других фигуристках: с какими проблемами столкнулась Александра Трусова, в чем универсальность Алены Косторной и слабость Камилы Валиевой и почему номер Елизаветы Туктамышевой в образе стюардессы — это уже перебор.

Пока в фигурном катании продолжается январская пауза и нет больших турниров, не считая юношеской Олимпиады в Лозанне, под свет софитов с большим интервью вышел Алексей Железняков — хореограф и один из давних соратников Этери Тутберидзе, который занимается с ее учениками уже на протяжении 12 лет.

Специалист никогда не стеснялся высказывать личную позицию по поводу группы из Хрустального.

Так, он открыто поддержал жесткое обращение тренерского штаба — Тутберидзе, Даниила Глейхенгауза и Сергея Дудакова — к Татьяне Тарасовой и Евгению Плющенко.

«Этим людям не до тухлых интрижек, хайпа, пиара и плясок на косточках — это удел завистников! Но если они высказались, значит, вы заслужили. Коротко и ясно, закройте свои рты и займитесь делами!» — писал Железняков на своей странице «ВКонтакте».

Также он размещал мем в поддержку Тутберидзе, высмеивающий слова Плющенко о том, что она якобы берет только готовых спортсменов с тройными прыжками.

И, конечно, Железняков нередко выкладывает видео с групповыми танцами, которые ставит ученикам Тутберидзе, — так спортсмены развивают пластичность и выразительность, учатся лучше чувствовать свое тело и осваивают различные стили.

В общем, Железняков — давно свой человек в Хрустальном, и в интервью «Спорт Бизнес Online» он рассказал, как устроена работа в группе Тутберидзе, какой является она сама в личном общении, а также поведал немало интересного об ее самых известных подопечных.

«Каждый человек для Тутберидзе — шестеренка механизма»

Железняков познакомился с Этери примерно 12 лет назад — на тот момент она лишь год проработала тренером в Хрустальном, который скоро превратит в мировой бренд.

Закрепившись на новом месте, наставница начала искать в группу отдельного педагога по хореографии — подход к делу у нее был весьма основательным.

Так у нее и произошло знакомство с Железняковым — профессиональным артистом балета, который ушел в педагогическую деятельность и долгое время занимался постановками ледовых шоу.

В начале сотрудничества Алексей даже помогал Этери ставить программы — пока она еще не нашла Глейхенгауза, который затем стал не только бессменным хореографом группы, но и полноценным тренером.

«Когда я пришел в группу, там были Полина Шелепень, Адьян Питкеев и Женечка Медведева, которая была еще совсем маленькой.

У Этери тогда не было постоянного постановщика, она все тянула на себе. Наша первая совместная постановка на льду была для Мориса Квителашвили. Вторая — «Чарли Чаплин» для Евгении Медведевой», — вспоминает Железняков.

Однако с развитием группы и появлением новых лиц обязанности все более разделялись, и в конце концов хореограф сосредоточился на своем основном деле — «растанцовывать» фигуристов в зале. С программами он больше не помогает — только отрабатывает со спортсменами отдельные элементы на полу, если об этом просит постановщик.

Специалистов группы Железняков сравнивает с шестеренками, у каждой из которых своя задача, а вмешательство в чужую сферу может привести к поломке всего механизма.

«Менялось много людей, команда постоянно обновлялась, Этери очень щепетильно к этому относилась. Она неустанно искала подходящих специалистов, чтобы механизм работал как швейцарские часы. Каждый человек для нее — шестеренка большого механизма, который она собирала столько лет.

Почему я больше не помогаю с программами? А зачем мне лезть в это, если есть люди, которые сделают работу гораздо лучше? Механизм должен работать правильно, и у нас в команде Тутберидзе у каждого специалиста своя конкретная роль. Не получится переставить шестеренки местами, иначе будет сбой», — объясняет хореограф.

Также Железняков очень высоко оценил работу Глейхенгауза, который каждый сезон ставит огромное количество программ всему Хрустальному. По мнению хореографа, иметь собственного постоянного хореографа в группе — это безусловный плюс, поскольку он хорошо знаком с каждым спортсменом, его способностями и стилем. Кроме того, не нужно тратить большие деньги на работу со сторонним постановщиком.

«Повторюсь, сила группы Этери — в ее команде. Есть замечательный специалист по технике, хореограф-постановщик, хореограф на паркете, тренер юниоров. И все под контролем самой Этери,

которая следит за общим процессом работы. Она, как руководитель, собрала вокруг себя лучших в своем деле, да еще и сама семи пядей во лбу», — отметил Алексей.

Наконец Железняков поведал и о физическом аспекте занятий в группе Тутберидзе. Например, там нет изнурительной общей физической подготовки (ОФП), свойственной многим школам, поскольку однажды наставница обожглась на этом, пригласив в качестве тренера легкоатлета. Тот дал фигуристам такую нагрузку, после которой у многих испортилась техника и участились травмы — появились проблемы с коленями и спиной.

«По этой причине Этери Георгиевна адаптировала общую физическую подготовку к специфике фигурного катания. Есть скакалки, резинки, грузы на ногах, шары.

Посмотрите на девочек Этери, они же как балерины. Куда им работа с гирями? А некоторых фигуристов тренеры так перекачивают, что их мышечная масса уже и технику ломает, не говоря о пластичности и хореографии.

О четверных с тяжелой мышечной массой не может быть и речи», — уверен Железняков.

«За маской Этери кипит буря»

Хорошо знакомый с Тутберидзе хореограф поведал, что она вовсе не та железная леди, какой хочет казаться. По мнению Железнякова, такой образ одиозная наставница создала себе ради учеников, которые должны ощущать уверенность и непоколебимость тренера, — в таком случае и сами спортсмены будут спокойны.

На самом деле же деле Этери довольно ранима, но старается не показывать этого.

«Многие думают, что она жестокий и холодный человек. Как снежная королева — ни одной эмоции, даже глаз не дрогнет. Но за этой маской кипит буря эмоций, а за сильным характером скрывается очень чуткая женщина.

Она сдерживает себя ради своих спортсменов. В Тутберидзе они видят уверенность, и они за ней как за каменной стеной»,  — раскрыл Железняков.

Наконец хореограф отметил в Этери и тренерскую смекалку, благодаря которой она быстро выделяет талантливых детей и берет к себе в группу. По словам Алексея, наставнице даже не приходится советоваться с другими тренерами — она сразу видит технический потенциал спортсмена и уровень его хореографии, без колебаний принимая решение.

Проблемы Трусовой

Александра Трусова освоила уже четыре четверных прыжка и тройной аксель, однако пока явно уступает своим ровесницам Анне Щербаковой и Алене Косторной в плане хореографии и презентации программ.

Железняков рассказал, что мать фигуристки даже организовывала ей индивидуальные занятия по танцам, и сейчас уже виден прогресс. Свою роль сыграла и дисциплина самой спортсменки.

«Когда Трусова еще каталась у своего предыдущего тренера Волкова, я замечал, как ее природная атлетичность не дает вращаться и скользить так же хорошо, как более пластичным детям. Но необходимость танцевальных тренировок разъяснять ей не приходилось»,  — отметил специалист.

При этом Железняков признал, что хореография в программах Александры не может быть очень насыщенной, поскольку исполнение четверных прыжков забирает много сил, а нужен обязательно баланс между сложными заходами, связками и квадами.

«И помните, что она все-таки еще юна. Когда она станет взрослее, будет лучшее понимание своего образа, осмысленные движения и программа Трусовой будет смотреться иначе. Саша понимает свои слабости и работает над ними. Когда она была маленькая, была перекачанная, немного деревянная. Сейчас уже видна пластика, с каждым годом все становится только лучше», — подытожил Железняков.

«Валиеву оторвали бы в танцевальное училище с руками и ногами»

Особенное внимание хореограф обратил на 13-летнюю победительницу финала Гран-при среди юниоров Камилу Валиеву. И это неудивительно, ведь девушка отличается невероятной гибкостью, которая позволяет ей делать сумасшедшие вращения, навевающие ностальгические воспоминания о лучшей форме Юлии Липницкой.

При этом фигуристка умудряется объединять элегантность движений с изучением элементов ультра-си — например, она уже исполняла на соревнованиях четверной тулуп.

«У Камилы шикарная балетная подготовка — я поставил ей Adagio, а мало кто из спортсменов потянет хореографию такого уровня.

В танцевальное училище ее взяли бы без вопросов, оторвали бы с руками и ногами. Это богом поцелованная девочка! — уверяет Железняков.

— Валиева — лучший пример баланса техники и грации? Возможно. Мне нравится работать с ней в классическом стиле, но что-то более динамичное, агрессивное она не вытянет — прыжки посыпятся, не хватит функциональной подготовки и атлетизма, как у Сашки Трусовой».

По мнению Железнякова, более универсальной спортсменкой в плане хореографии является Косторная, которая может показать и классику, и драйв.

Также танцевальным талантом отличается Щербакова, которая сумела в сезоне-2019/20 воплотить на льду непростой образ героини из фильма ужасов «Парфюмер» и сделать это хрупко и элегантно.

«Здесь грань не перешли, когда образ не соответствует возрасту. У Щербаковой получилась отличная программа, и она здорово передает на льду идею этой программы. Возможно, в двадцать лет она откатала бы еще лучше. Все приходит с опытом», — подытожил хореограф.

Критика Туктамышевой

По словам Железнякова, в группе Тутберидзе уделяют пристальное внимание программам для гала-концертов, несмотря на то что в них нет множества сложных элементов, а создаются они с целью повеселить зрителей и самих спортсменов после соревнований.

Хореограф считает, что, если фигурист работает только над соревновательными программами, а на шоу показывает «какой-то позор» из слепленного наскоро номера или переделанной старой программы, то он теряет свое лицо и бросает тень на весь тренерский штаб.

По номерам Трусовой («Unstoppable»), Щербаковой в образе гейши-ниндзи, Косторной («50 оттенков свободы») и Загитовой (Лара Крофт и философская программа о жизни и смерти под музыку из фильма «Облачный атлас») действительно видно, что показательные для учеников Тутберидзе продумываются довольно тщательно.

«Спортивные программы я вообще быстро забываю, они не остаются в памяти, как показательные. Команда Этери в номерах для гала всегда старается привнести что-то креативное, интересное.

Поэтому их и публика любит, приглашают на шоу. Они цепляют людей. Это и работа на популяризацию фигурного катания. У показательных гораздо шире аудитория, с их помощью можно привлечь зрителей на трибуны», — подчеркнул специалист.

При этом нашумевший номер Елизаветы Туктамышевой, вызвавший всплеск внимания к фигурному катанию из-за того, что спортсменка в образе стюардессы скидывала кофточку и оставалась в одном лифчике, Железняков не оценил. По мнению хореографа, Императрица все же перешла грань допустимого:

«Она хорошо хайпанула — еще как! Но везде должна быть мера, культуру и эстетику никто не отменял. Можно поставить программу даже про путану или стриптизершу, но сделать это аккуратно, искусно».

При этом от известного номера Евгения Плющенко под «Sex Bomb» Железняков, по собственному признанию, был в восторге и мечтал «так же зажечь».

«У него это был юмор, комизм. Если бы он по-настоящему разделся догола и остался в одних стрингах, реакция людей была бы недоумевающая. А у него был поролоновый костюм с горой мышц. Это было смешно», — объяснил Алексей.

«Главное, что не стали ставить эксперименты над Женей»

Отвечая на вопрос о том, с кем ему было интересно работать, Железняков назвал первым имя Евгении Медведевой, которая в мае 2018 года покинула Хрустальный ради сотрудничества с канадским тренером Брайаном Орсером.

«Мне очень нравилось работать с Женей Медведевой… Жаль, что она от нас ушла, но это ее выбор. Значит, так сложилась судьба.

Обсуждать и осуждать ее решение не буду».

Также хореограф выразил удовлетворение тем, что обе программы Медведевой в сезоне-2019/20 были поставлены в лирическом стиле — том, который нашла для нее Тутберидзе.

Напомним, в прошлом сезоне спортсменка пыталась освоить легкий джаз под «Orange Colored Sky» Натали Коул, однако часто допускала ошибки и смогла наладить стабильность, только когда вернулась к привычной лирике, поменяв короткую программу прямо по ходу сезона.

«Самое главное, не стали больше творить непонятные эксперименты над Женей.

И короткая, и произвольная — это лирика, то, что Жене всегда шло лучше всего. До ухода от Этери она почти всегда каталась в таком стиле», — подчеркнул Железняков.

Также хореограф вспомнил, что еще во время пребывания в Хрустальном Медведева говорила о желании поставить программу под саундтрек из «Мемуаров гейши», однако тогда вместе с тренерским штабом пришла к выводу, что еще не готова ментально.

«А сейчас Женя — зрелая девушка, она понимает и ощущает, что она показывает на льду. Хорошо откатать «Мемуары гейши» в подростковом возрасте, когда нет еще понимания всего трагизма истории, не получится», — подытожил специалист.

Источник